Новости Русского мира

На что живут мастера маникюра — The Village

0 9



The Village продолжает выяснять, как устроен бюджет людей разных профессий. В новом выпуске — мастер маникюра. Доход в этой профессии зависит от ценовой категории услуг в салоне и условий, на которые он соглашается при трудоустройстве. Обычно салон или студия маникюра берет себе 50–75 % от стоимости процедур, мастер получает остальное. Можно работать и дома, но тогда придется серьезно тратиться на материалы. Девушка, которая делает маникюр и педикюр шесть лет, рассказала о клиентах, зарплате и тратах.



Профессия


Зарплата



20 000 рублей


аренда квартиры


6 000 рублей


коммунальные платежи


40 000 рублей


продукты


5 000 рублей


кафе и рестораны


5 000 рублей


бензин


5 000 рублей


одежда


6 000 рублей


платеж по кредиту


5 000 рублей


уход за собой


Мне 25 лет, образование среднее специальное. После девятого класса я пошла в колледж, где отучилась на юриста. Проработала по специальности, наверное, год. Но вообще всегда хотела делать макияж, поэтому сначала отучилась на визажиста, а еще через два года на мастера ногтевого сервиса. Это были частные курсы: я очень долго выбирала, к кому пойти учиться. Стиль у мастеров разный, я выбирала преподавателя по работам учеников: чем лучше работы у них, тем лучший материал дают при обучении.


Учеба стоила 20 тысяч рублей. Материалы я покупала постепенно, на первое время потратила около 50 тысяч рублей. Это были мои накопления, и в то время мне помогли родители, добавили, сколько не хватало.


Сначала тренировалась на маме, бабушке, папе и братьях. Первых клиентов сразу предупреждала, что стала маникюрщицей буквально две недели назад и буду делать все очень долго, так как мне нужно набивать руку. Деньги я брала только за материалы. Были и плохие работы, которые мне не нравились. Бывало, клиенту не нравилось. Но они сами на это подписывались. Потом девушки начали советовать меня подругам и мамам, заработало сарафанное радио. Реклама тоже разошлась по соцсетям. Где-то в течение года у меня появилась своя база клиентов.


Я начинала работать на дому. Через несколько месяцев моя хорошая подруга открыла салон и пригласила меня туда. Там я проработала два года и зарабатывала в районе 35 тысяч рублей в месяц.


Прием на работу везде происходит по-разному. Если это какой-то сетевой бренд типа «Пальчиков» или «Студии Лены Лениной», нового мастера отправляют в корпоративную школу, где проверяют на профпригодность. Еще нужно пройти собеседование и испытательный срок. В более мелких салонах смотрят на работы из портфолио, проводят короткое собеседование и, если все устраивает, принимают на работу.


После двух лет работы в салоне в моей жизни произошли изменения. Я познакомилась с молодым человеком, мы начали вместе жить в другом районе Москвы. Мне нужно было искать новое место. Так я устроилась в студию маникюра. Мой график остался прежним — два через два. Но теперь я работаю с 10:00 до 22:00. Клиентов привлекает салон, у них есть страница в Instagram с достаточно большим количеством настоящих подписчиков. Люди находят нас по хэштегам. Еще работает сарафанное радио в районе.


Клиенты бывают разные. Попадаются неадекватные, которые пришли за бесплатным маникюром. Их называют халявщиками. Обычно они сразу приходят с кирпичным выражением лица и начинают выдергивать руку, говоря, что им что-то не нравится. Разгорается конфликт. Их цель — добиться снижения цены или бесплатной процедуры. Мы такое стараемся пресекать, администрация разрешает отказывать таким клиентам в обслуживании, так как они задерживают следующих по записи. Маникюр с покрытием мы должны сделать за час, педикюр с покрытием — за полтора часа. Хотя все зависит от клиентов. Кто-то приходит с ручками и ножками как у младенца, и работы практически нет, а бывают натоптыши, трещины и мозоли.


Много времени отнимают капризные клиенты. Им сделаешь дизайн, а они просят стереть. И так по 20 раз, пока им не понравится. Бывает так, что самой работа не нравится, а клиент в восторге. Сейчас все поголовно выбирают простое однотонное покрытие с нюдовыми цветами. Последнее время частенько стали делать втирку, а вот кислоты и сумасшедшего дизайна на каждом пальце уже нет.


Почти каждый день появляются новые техники, материалы и дизайны. Клиент приходит и спрашивает что-то новое. Стоять на месте вообще нельзя! Нужно смотреть мастер-классы и проходить повышение квалификации. Иначе в профессии просто не выжить. Мне частенько хочется поэкспериментировать. Тогда я предлагаю клиенту сделать что-то прикольненькое: если у человека есть настроение, я делают это за свой счет. Такая работа идет в мою копилку, а клиенту просто приятно.


Во время работы очень устают глаза. Проработав в этой сфере четыре года, я уже получила проблемы со спиной — появился горбик. Теперь нужно проходить лечебные курсы и периодически делать массаж. Спина болит у многих мастеров, ведь постоянно приходится сидеть скрючившись.


Я не люблю разговаривать во время работы. Почти все мои клиенты к этому привыкли. Я настолько сосредотачиваюсь на работе, что иногда кажется, что выхожу в какой-то астрал. Если у клиента есть настроение поговорить, то задаю наводящие вопросы. Девушка начинает рассказывать, а на ее последней фразе у меня готов новый вопрос. Так и проходит все время. Некоторые выворачивают всю душу. Иногда после таких рассказов бывает жалко человека, а иногда бывают настолько личные подробности, что неловко.


С дезинфекцией и хранением инструментов у нас все строго. Мы работаем в форме или фартуке и обязательно в перчатках. Инструменты проходят несколько этапов стерилизации: промываются, чистятся, кладутся в раствор, вытираются, сушатся, складываются в крафтпакеты и отправляются на час в сухожар. Насколько я знаю, ипэшников, которые открывают салоны, начинают проверять только через два-три года, но люди должны прежде всего думать о своей безопасности. Довольный клиент приведет тебе пятерых человек, а недовольный — десять (это будут люди из каких-нибудь инстанций).


Идеальных условий не бывает. Всегда найдется то, что не устраивает. И в начальстве, и в работе, и в коллективе. Мне, например, не нравится, что к мастерам не прислушиваются: допустим, мы просим закупать не самые дешевые материалы, а люди экономят на всем, на чем можно. Вместо нормального антисептика для рук покупают какую-ту байду.


Женский коллектив — это гадюшник, по-другому не скажешь. Тяжело работать так. Постоянные сплетни, козни и подставы. Я стараюсь от этого абстрагироваться и на личные темы ни с кем на работе не разговаривать. У нас регулярно пропадают лаки и пилочки. Могут взять хороший инструмент и его поломать, и не всегда найдешь виноватого.


Я думала насчет работы дома, но решила, что дом должен оставаться личным пространством, где не будет никаких ночных звонков в дверь со словами: «Я пришла к вам, потому что сломала ноготь». Я стараюсь даже личный номер телефона клиентам не давать.


В каждом салоне своя схема оплаты для мастеров. Есть салоны, которые работают 50 на 50 (половина денег от сделанной мастером работы уходит ему, половина — салону), но мастер работает со своим материалом. Выходит очень затратно. Мне кажется, любой в нашей сфере немного помешан на этом, поэтому может оставить в магазине лаков и 10 тысяч, и больше. Поэтому некоторые салоны предоставляют материалы, но и процент для мастера там ниже — от 25 до 40 %. Как правило, инструменты мастер приносит сам.


Сейчас я получаю 40 % от цены работы, остальное уходит салону. Все материалы дает салон, я закупаюсь только пилочками, кусачками и фрезами для аппаратного маникюра. В салоне есть план по общей сумме и среднему чеку. В этом месяце мы должны перевалить за 700 тысяч рублей, а средний чек— за 1 450 рублей. Если мы выполняем план, то получаем 45 %, если один показатель — 43 %.


Если у мастера большая клиентская база, зарплата может доходить до 60–100 тысяч рублей в зависимости от графика работы. У нас есть девочка, которая работает три дня через один и регулярно приносит салону более 200 тысяч рублей. Лето, осень и весна — стабильные по доходу. Есть небольшое затишье перед 1 сентября, потому что все тратятся на подготовку детей к школе. В последние две недели декабря случается дикий ажиотаж. Можно спокойно заработать в это время 100 тысяч рублей. Январь — очень плохой месяц, дальше люди приходят в себя, и все выравнивается.


У нас в салоне есть штрафы. Если обнаружат нестерилизованные инструменты, возьмут 5 тысяч рублей. Но пока никого не штрафовали. Еще есть очень глупое правило. У нас стоит кулер, и иногда, когда раковины заняты, мастера берут горячую воду для ванночек оттуда. За это штрафуют на 100 рублей.


За недовольство клиента не штрафуют. Если в работе мастера есть реальные косяки, он просто переделывает маникюр. Хотя, если накосячить несколько раз подряд, с мастером обычно прощаются.


У нас с молодым человеком общий бюджет. Мы снимаем квартиру за 20 тысяч рублей. Коммунальные платежи — еще 6 тысяч рублей.


Самая затратная тема — продукты. В магазин ходим часто: то одно нужно, то другое. За один поход можно потратить 3 тысячи рублей. А в месяц я даже не считала, но, думаю, выходит около 40 тысяч. Я всегда беру приготовленную дома еду с собой на работу. Бывает, два раза успею поесть, бывает, работаю вообще без обеда. У нас живут два кота — кажется, половина бюджета на продукты уходит именно на домашних животных.


Мы нечасто куда-то ходим. Можем пару раз сходить в кино и один раз в ресторан. В прошлом месяце там были и потратили 5 тысяч рублей. Других развлечений нет. На бензин и содержание машины уходит где-то 5 тысяч рублей. Хотя я добираюсь до работы на автобусе или такси. Одежду покупаем не каждый месяц, но недавно хорошо потратились — купили зимние куртки и обувь. Больше всего отдали за кроссовки, они стояли 4 тысячи рублей.


Мы пытаемся копить, но пока получается плохо. Вообще, цель — своя квартира. Еще есть кредиты — на мой телефон и на телевизор. Молодой человек платит 6 тысяч рублей в месяц.


Обычно я хожу в салон на маникюр и педикюр, потому что делать эти процедуры себе очень долго и муторно. Да и после рабочего дня порой все это ненавидишь, а хочется расслабиться.





Source link

Comments
Loading...